> http://www.mrconservative.com/2013/12/2 ... asturbate/
Это в другую тему надо.
Новый закон об образовании наделал много шума как среди родителей, так и среди профессионального сообщества. А между тем, коррекционные школы никто не отменял, инклюзивное образование возможно и там.
Какие условия мы бы не создали, не каждый ребенок сможет обучаться инклюзивно. Бывает, что ученик раскрывается, когда переходит из общеобразовательной школы в коррекционную.
Детский сад - первое и самое главное место для включения маленьких инвалидов в общественную жизньСейчас практически все школы не готовы на 100% к инклюзивному образованию. В одиночку учитель не сможет проложить индивидуальный образовательный маршрут. В этом ему должны помогать педагоги-психологи, учителя-логопеды, учителя-дефектологи, социальные педагоги, медицинские работники. Такого штата специалистов в учебных заведениях пока нет.
О ужас,Дошкольники мало обращают внимания на детей, которые отличаются от них: неприятия, отторжения нет. Поэтому для меня как для дефектолога детский сад — основа инклюзивного образования.
И Бацька туда жеПервые инклюзивные образовательные учреждения появились в нашей стране на рубеже 1980 - 1990 гг.
Систему образования в Беларуси унифицируют, а термин «инклюзивное образование» закрепят нормативно. Инклюзивное образование – это совместное обучение детей с ограниченными возможностями и тех, у кого нет таких ограничений.
О настоящем и будущемГрянула война. Мужчины ушли на фронт, женщины и дети, кому повезло, уехали в эвакуацию. Вместе с женщинами и стариками в эвакуацию прибыли четверо детей. А учить их негде. Школы переполнены. В классах сидят по 40 человек. Учителя дают только самое-самое. Писать. Читать. Считать. А остальное? Война. Не до того. Вроде бы все правильно. Но как жить детям без культуры, когда война закончится? И четыре сестры решили спасать своих детей. Среди них двое были юристами, одна - врачом, одна - инженером. Преподавали по вечерам. Учили литературе, музыке, языкам, математике, физике. Несколько облегчало ситуацию создание Евгением Шварцем, находившемся здесь в ссылке, русского драматического театра. Именно там дети увидели всю классику. И не классику тоже.
Еще шла война, когда сестры решили возвращаться домой, в Харьков. Город разрушен. Школы, практически, не работают. Дети формально отбывают уроки, как сегодня. Но, как оказалось, "сталинабадская практика" была довольно распространенной. Несколько семей объединились, чтобы учить детей тому, что делает человека человеком, культурным человеком. Музыка, словесность, математика, языки. Очень трудно. На бегу. Ведь люди работали, выживали. 45-46 годы были совсем не простыми. Мама вспоминает, что французский ей преподавал сосед-инженер. Утром она шла в школу, а он на свой завод. Полчаса по дороге они говорили на французском. Хватило на всю жизнь. Таким же образом преподавалась математика уже другим соседом. И литература, и история... Папа, который заканчивал некогда историко-филологический факультет, вспоминал, что впервые о маме он услышал от однокурсниц, которые бегали к ней, учившейся на физическом, чтобы узнать содержание очередного обязательного произведения. О маминой эрудиции и умении объяснять ходили легенды до последних дней ее жизни и, надеюсь, будут ходить еще долго.
Почему вспомнил эту вполне семейную историю? Может быть, это наивный призыв, но в какие-то радужные перспективы отечественного образования я не верю, а детей спасать надо. Да и общество, которое без культуры превращается в очередную черную дыру на политической карте мира. Выход один - родительские кооперативы. Передадим детям остатки того, чем владеем сами. И может быть, все закончится вполне благополучно.
Я все понимаю. Жизнь у нас, действительно, одна. И прожить ее лучше на берегу Средиземного, а не Баренцева моря. Только вот человеческой она становится тогда, когда ты осознаешь себя в длинном-длинном историческом ряду, понимаешь, что ты - кусочек гигантского пути, начало и конец которого теряются в бесконечности. И если ты его не пройдешь, то не пройдет никто. Ты не передашь им (будущим) эстафету. Нить прервется.
Да, число гадостей в стране переваливает за все мыслимые пределы. Но подспудно, неявно возникает, проклевывается что-то новое, другое, небывалое. Да, появились многочисленные орды хоругвеносцев, цапков и прочей мрази. Да, кажется, что гигантское цунами мерзости, невежества, подлости, как в ужастике "2012" вот-вот захлестнет страну. Все это так. Но под ней, рождается и крепнет иное, то, что не транслируется ни официальными СМИ, ни оппозиционными блогерами. Появляются люди, совсем молодые люди, для которых слова "честь", "ответственность", "репутация" - совсем не пустые слова. Уже этим они отличаются от отцов и адептов современной российской политики. Может быть впервые в новейшей истории страны, они идут во власть, чтобы защищать и помогать, а не грабить и шельмовать. Их еще не много, но они УЖЕ ЕСТЬ!
Впервые за свою, уже очень не короткую преподавательскую карьеру я стал ощущать себя настолько востребованным. Причем, не формально, как некто, от чьего решения зависит получение/ неполучение диплома, а как человек, нечто знающий и могущий поделиться. Студенты вузов и техникумов, аспиранты, школьники ходят на лекции, не потому, что их кто-то заставил, а потому, что ОНИ ХОТЯТ ЗНАТЬ! Хотят сами, без мудрых подсказок, разобраться, в каком мире они живут. Именно потому, что все они ЕСТЬ и возникает другой порыв. Не "валить из сранной Рашки", а ПРОСВЕЩАТЬ! Не отказываться ни от какой (глупой, ненужной) публичной лекции, беседы. Не надеяться, что от твоих слов, сколько угодно пылких все изменится завтра. Не изменится. Я не знаю, сколько должно пройти лет, чтобы эти ребята пришли в жизнь. Может пять, а может тридцать. Я знаю, что это случится.
Когда образовательное начальство задним числом снижало минимальный балл, необходимый для удовлетворительной оценки на ЕГЭ по русскому языку, с 36 до 24, они ссылались на то, что по математике планка стоит как раз на 24 баллах. Снижая задним числом планку и по математике с 24 до 20, они уже признавали, что утаптывают долю двоек до полутора процентов, «избегая социального напряжения».У нас было 4 варианта с досрочного экзамена, КИМы прошлого года и целое множество тренировочных работ всех сортов и расцветок, а также учебники, конспекты и Википедия. Не то чтобы этого хватило, чтобы сдать ЕГЭ. Но если начал готовиться, трудно остановиться. Единственное, что вызывало у меня опасение, — это шпоры и мобила. Нет ничего более беспомощного, безответственного и испорченного, чем те, кто списывает на ЕГЭ. Я знал, что рано или поздно мы перейдем и на эту дрянь.
И это не провал реформы?А вот разделение ЭГЭ ЕГЭ на две части необходимо. Пусть балбесы ограничатся частью В, обозначат соответствие своих знаний оценке в аттестате, а претенденты на ВУЗ пусть еще пройдут во второй этап, а там еще и покажут свои знания на части С (которую, кстати, можно и расширить).
И никакого признания о провале реформы это не означает. Обе части остаются в том же поле ЕГЭ, но разбиваются на два этапа.
Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость
|
|
|